О чём написать

За исключением месяца в учебном центре, за 1 год и 8 месяцев я пережил многое. Учитывая склонность моего блога к архивированию, хотелось бы записать всё честно и без прикрас, но после консультации с Военным управлением по призыву и моим учреждением выяснилось, что это может поставить в неловкое положение обе стороны.

В частности, в беседе с сотрудником Военного управления по призыву я получил такой ответ: Военное управление, хотя бы формально, проектирует социальных работников как «пассивных существ, которые должны делать только то, что им скажут». Субъективное улучшение работы или запись рабочего опыта — это по умолчанию не предусмотренные действия, и хотя лично он может считать это похвальным и желательным, на уровне Военного управления защитить меня не смогут. В его словах был резон, поэтому я публикую текст в отредактированном виде, без указания конкретного учреждения и обязанностей.

По сути, мой опыт — не типичный опыт социальной службы. Если проводить аналогию, это почти то же самое, что без фильтра выставить напоказ опыт и внутренние дела компании, из которой ты уволился. Мне это кажется не совсем этичным, так что подробно рассказать об этом я, наверное, не смогу и в будущем. Однако личные впечатления — это другое. Честно говоря, я был сильно озадачен. И специфика самой системы социальной службы, и среда учреждения, куда меня распределили, были довольно необычными. Было много моментов, когда меня прижимали, и, возвращаясь домой, я часто размышлял о том, как можно было бы достойно воспринимать ситуацию, в которой оказался. Возникало и чувство несправедливости — почему я вообще должен об этом думать, — но сначала я искал практические альтернативы.

Прежде всего, мне не хотелось тратить 20 месяцев впустую. Если спросить, жалею ли я о чём-то, оглядываясь на прошлое, — нет, но это не было потерей времени. Во-первых, я без перерыва вёл блог, а в офисе установил Git, VS Code, Visual Studio, Obsidian, Python и другие инструменты для разработки, планировал и создавал небольшие программы. В свободное время — в дороге на работу и с работы, в обеденный перерыв, в выходные, на празднике Чхусок — я прочитал около 18 книг, включая «Почему одни страны богатые, а другие бедные», «Миф о Сизифе», «Дао Дэ Цзин», «Размышления» и тому подобное. И я старался сохранять этот продуктивный настрой и во время работы в офисе.

От всей души и со всей тщательностью

qr-code-and-program-structure-lightqr-code-and-program-structure-darkЯ продолжал делать такие вещи. QR-коды, макросы и т.д.

В государственной службе есть своя особая атмосфера. Не хватает стремления к добросовестному исполнению своих обязанностей, да и к улучшению рабочего процесса интереса мало. Если смотреть со стороны, то, наравне с общественными предрассудками, здесь склонны действовать безопасно, «как делали всегда». Лично для меня это была среда, разительно отличавшаяся — и даже откровенно контрастировавшая — от продуктивных установок, которые я усвоил в университете, в клубах и слышал на многих лекциях: «Сомневайся, зачем ты делаешь это дело и почему ты делаешь его именно так», «В том, чем ты будешь заниматься, обязательно найдутся проблемы — найди их и исправь сам» и так далее.

Чувствовался диссонанс. Репутация «в государственной службе инновации даются с трудом» широко известна, но я не думал, что всё настолько серьёзно. Однако и поддаваться общей атмосфере мне не хотелось, поэтому я сосредоточился на улучшении работы: сокращал свои задачи и помогал сотрудникам. Стремление устранить неэффективность было в офисе «выпендрёжем», но оно того стоило, и когда получались хорошие результаты, я испытывал маленькое удовлетворение.

Создание и управление QR-кодами

Была ситуация, когда приходилось часто переносить файлы приложений на смартфоны. Сотрудники офиса использовали несколько смартфонов как хранилище — включали их по мере необходимости и передавали файлы по схеме: «Мои файлы > Папка загрузок > Поделиться > Quick Share > Передача файла». Это было неудобно. Мне и самому пришлось несколько раз это проделывать, и проблема была не только в тормозах после включения телефона, но и в том, что батарея чаще всего была разряжена — приходилось искать зарядку, подключать и ждать несколько минут. Мелкая, но повторяющаяся неприятность.

Из-за особенностей госслужбы возникла структурная лакуна: устранение мелкой неэффективности не входило ни в чьи обязанности. Я решил заполнить эту лакуну с помощью QR-кодов. Я создал пустой аккаунт Google, подключил к нему Dropbox и загрузил файлы. Изменил параметр 0 на 1 в конце URL вида https://www.dropbox.com/s/identifier/filename?dl=0, чтобы файл начинал скачиваться сразу при переходе по ссылке. Затем через «Chrome > Передать, сохранить, поделиться > Создать QR-код» создал QR-код, оформил его в Figma, распечатал на бумаге, заламинировал и отдал сотрудникам.

Проще говоря, я сделал более интуитивную систему: достаточно открыть камеру — и файл получен. Это были лёгкие данные, не представляющие проблемы при утечке, и все на практике испытывали неудобство, так что реакция была неплохой. Позже сотрудники несколько раз просили меня сделать QR-коды для новых файлов приложений, и я иногда делал их, увеличивая размер кода или создавая шаблон в более привычном формате HWP.

Создание веб- и Excel-макросов

На моей работе приходилось часто заходить на сайты, скачивать файлы и обрабатывать их в Excel. Была задача отредактировать почти 30 000 строк данных — на это уходило полдня. Так как я немного умел работать с Python, я начал предварительное исследование и написал код для решения этой ситуации. Для рутинных ежедневных задач сделал макрос на selenium, а для работы с Excel — по предварительно составленной спецификации, под запросы других сотрудников и социальных работников, создал структуру для обработки матричных данных через openpyxl и pandas или xlwings с сохранением в файл.

Чтобы программой могли пользоваться и другие социальные работники, далёкие от компьютеров, я вынес переменные во внешний файл config.yaml. Учитывая малую знакомство с компьютерами, упаковал программу не в виде .py, а в виде .bat или .exe — чтобы можно было просто кликнуть. Также написал README.md для тех социальных работников, кто, возможно, умеет программировать, и, чтобы документация осталась надолго, оформил руководство пользователя в Obsidian и Markdown, конвертировал в PDF и передал как единый пакет.

Однако этот энтузиазм не нашёл отклика. Ни сотрудники, ни социальные работники не проявили большого интереса ни к самой программе, ни к повышению эффективности; к тому же программа была недостаточно «дружелюбной». Не хватало обработки исключений — в некоторых случаях программу приходилось выключать и запускать заново, или она аварийно завершалась. Похоже, этот опыт произвёл довольно плохое первое впечатление. Процесс настройки значений через config.yaml тоже, вопреки моим ожиданиям, оказался незнаком большинству. Это заставило меня задуматься о минимальных критериях полезности и завершённости программы.

Работа непосредственно с Excel

○○, сделай лист в Excel и приведи тут все данные в порядок.

Работа с Excel была моей первой задачей в первый же день. Вот только в первый день я совсем не знал Excel и внутренне растерялся: «Что ещё за “лист”?» В тот день я кое-как справился с помощью ChatGPT, но потом мне снова поручали похожие задачи, и Excel постепенно стал осваиваться. Это не дежурная фраза — я основательно подтянул базу: функции вроде IFERROR, COUNTIF, SUMIF, VLOOKUP, INDIRECT, сводные таблицы, условное форматирование, формат ячеек, фиксацию областей, предварительный просмотр печати и так далее. Если бы я начал учить Excel ради получения сертификата компьютерной грамотности, мне было бы не так интересно.

Опыт программирования здесь очень помог. Например, функция IF в Excel — это по сути тернарный оператор, а VBA — откровенно язык программирования. Дело было не просто в знакомстве с инструментом — отличался и сам подход к решению проблем. Я откладывал ручную работу как последний вариант и старался решать задачи по максимуму средствами Excel. Так потихоньку копились маленькие успехи, и примерно через полгода другие — включая штатных сотрудников — уже начали обращаться ко мне по вопросам Excel.

Эпизодические вспомогательные задачи

Был ещё нерегулярный рабочий опыт, связанный с ситуациями. Вот несколько запомнившихся случаев.

  1. В конце 24-го года, извлекая данные с жёсткого диска, я случайно задел болтавшийся переходник USB-B и стёр файлы. К счастью, данные были неважными, но сама мысль, что по моей вине произошёл ущерб, побудила меня найти способы восстановления разделов с помощью TestDisk и вытащить файлы. Однако когда я рассказал об этом сотруднику, он ответил: «Сейчас это уже не нужно, но я приму к сведению, спасибо». Это не стало важным вкладом, но запомнилось как полезный опыт.

  2. Фразу «Ты же вроде по компьютерам? Посмотри, тут что-то не работает» я слышал на самом деле и довольно часто. В большинстве случаев проблема решалась протиркой контактов оперативной памяти и установкой её обратно; реже требовалась внутренняя чистка или полная замена корпуса на запасной. Проблема была в том, что я никогда не имел дела с компьютерным «железом», но с помощью коллег-соцработников учился понемногу, и теперь я довольно хорошо собираю и разбираю компьютеры.

  3. Однажды сотрудница попросила сжать объём PDF-файла. Рабочие материалы нельзя было загружать в интернет, поэтому я скачал внешнюю программу и решил вопрос локально. В ответ она предупредила: «Спасибо, но у нас государственное учреждение, нельзя использовать сторонние программы как попало». Я проверил лицензию — программа была бесплатной даже для коммерческого использования, проблем не было, но я подумал: «Тогда если я сделаю программу сам, проблем не будет» — и написал на Python программу, выполняющую ту же задачу.

Кроме того, запомнились случаи, когда срочно потребовалось конвертировать множество файлов heif в jpg локально — я решил это с помощью «vibe coding» (интуитивного программирования), набросав программу на лету, и когда я сделал программу для розыгрыша имён на основе функции RAND() в Excel с полностью видимой структурой формул.

У короля ослиные уши

reading-clips Чтение книг очень помогало собраться с мыслями и сверяться с принципами

Однако проблема была в особой атмосфере госслужбы. Потому что, когда я прикладывал усилия к работе, это одобряли — но на этом всё и заканчивалось. Вопреки моему первоначальному расчёту на хоть какую-то активную ответную реакцию, ситуация иногда вырождалась в «раз ты хорошо разбираешься, сам за этим и следи», что было обескураживающе. Например, QR-коды, которые я начал делать из доброй воли, при переводе сотрудника были переданы следующему как часть моих официальных обязанностей: «Приложение скачивается по QR-коду, а если нужна версия, которой тут нет, скажи тому парню — он сделает». И это лишь один пример; было ещё несколько сбивающих с толку случаев.

Взаимное восприятие иерархии

А: Б, а чем вы сейчас занимаетесь?
Б: Да вот, делаю ○○.
А: А кроме этого?
Б: Ещё вместе с △△, делами новичка.
А: Но это же не □□, а что ещё?
Б: Если исключить это — ничего.
А: Тогда раз ты не занят, почему бездельничаешь и не делаешь □□?
Б: ??

В месте, где я был, существовала культура «старшинства по зачислению», и среди социальных работников диалоги вроде приведённого выше считались чем-то само собой разумеющимся. Мне всё равно, если они так общаются между собой, но когда это распространяется на меня или других социальных работников, которые так не считают — в духе «ты тут самый младший, так что всю грязную работу будешь делать сам» — это проблема. Особенно неприятно было видеть, как кто-то важничает, не понимая, что они сами же и придумали эту концепцию. Я не слышал о такой культуре ни от своих сослуживцев по учебке, ни от знакомых знакомых, и попытки делить социальных работников на «ты зашёл раньше — значит, ты лучше, а ты зашёл позже — значит, ты хуже» выглядят жалко.

В. Был ли у вас опыт разрешения конфликтов в коллективной жизни?

Во многих шаблонах автобиографий и на собеседованиях часто встречаются вопросы вроде этого. И на собственном опыте я понял, почему. Конфликты оказывают большое давление и стресс на стороны, и их редко удаётся уладить мудро. Чаще всего образцовыми примерами называют тихий доклад начальству, поиск логического консенсуса или создание новых правил и взаимное согласие их соблюдать, но в моём случае применить такой лобовой подход было трудно. Проблемой были и обязательные отношения подчинения по регламенту, и, самое главное, то, что само восприятие заинтересованных сторон — сотрудников и социальных работников — отличалось от моего. Поэтому в моём случае, к сожалению, это приняло форму «принять неблагоприятные последствия».

Уведомление под видом убеждения

Похоже, у тебя просто нет опыта социальной жизни. Видишь ли, я считаю, что это правильно. Почему, думаешь, сотрудник ○○ берёт на себя всю разную работу? А у сотрудника ○○ работы меньше всех? Как думаешь, почему? Все говорят про «армейские игры», но на самом деле «старички» много знают, и если им что-то поручить, они делают быстро и хорошо. Так что нынешняя структура не просто так. И то, что мы разрешаем им давать вам поручения — тоже поэтому.

Ты хочешь, чтобы все были равны, а я и они считаем это правильным. В твоих словах тоже есть логика, и правильного ответа нет. Но мы с ними так думали всегда. Они сами, когда были новичками, прошли через все трудности и теперь ожидали, что станет полегче. Если ты будешь навязывать свои мысли, они будут недовольны, и начнутся проблемы.

В офисе никто не говорит вслух, но все считают, что ты — по сравнению с таким-то соцработником — более думающий и самостоятельный. Поэтому я и говорю тебе это.

Когда придёт новый соцработник, он, скорее всего, примкнёт к тебе. По сути, образуется твоя «группировка». Вот что нас беспокоит.

Это запись по памяти, так что точность формулировок не гарантирована, но суть была именно такая. Некоторые сотрудники поддерживали такую несправедливость или, по крайней мере, попустительствовали ей. Об этом можно было бы сказать много, но ограничусь кратким впечатлением. От этих слов разило затхлостью стоячей воды. «В молодости — страдай, в старости — райское наслаждение». В среде госслужащих эта культура, похоже, считается не просто нормой, а чем-то самоочевидным. До этой черты — ещё сфера специфики профессии и внутренней культуры, и, наверное, есть контекст, почему такое укоренилось, так что я это как-то понимаю. Но попытка навязать эти неписаные правила социальным работникам, которые являются «внешними» людьми, — это проблема. Более того, слова, которые я слышал, были облечены в форму убеждения, но по содержанию были уведомлением — и, по сути, отвратительной софистикой. Интуитивно понятно, что это мнение незрелое. Даже если остыть и обдумать более серьёзно, оно абсолютно непривлекательно.

Мысли об авторитете

Даже если способ функционирования авторитета в офисе неприятен, необходимость авторитета отрицать нельзя. Хочу зафиксировать здесь свои мысли на этот счёт. Насколько я понимаю, убедительность отказа от авторитета зиждется на двух основаниях: первое — системы и ценностные суждения по сути не существуют; второе — в любое время и в любом месте неизбежно возникает неэффективность, где смысл утрачен и осталась лишь форма, и такая неэффективность должна быть обнаружена и устранена. А убедительность авторитета — в одном: в его потенциале обеспечивать эффективную масштабную кооперацию через этот воображаемый порядок.

Это отношение можно кратко сформулировать так: «Сначала авторитет, затем — отказ от авторитета. Отказ от авторитета — по соображениям практической пользы». И эта логика применима универсально. Например, если в среде необходимо сортировать настройки адресата принтера или порядок контактов по должностям — это делается для протокола и политики, а не для улучшения рабочей среды или счастливой трудовой жизни. Такой авторитет требует объяснения.

Опыт и навыки людей, проработавших в организации 5, 10, 20 лет, заслуживают уважения. Но есть и те, кто живёт день за днём без достаточной рефлексии и осмысления, и лидерство таких людей опасно. Особенно в моём случае: среди социальных работников, которые все «на одно лицо», существовала дурная практика деления на «старших» и «младших» и структурно неравного распределения выгод, и эта дурная практика поддерживалась трудноописуемыми интересами. И первой причиной, почему это стало возможным, был, несомненно, авторитет, существующий лишь на словах.

Альтернатива, которой я руководствовался, такова: принципы хороши для больших дел, для малых достаточно состраданияIl faut mettre ses principes dans les grandes choses, aux petites la miséricorde suffit. Это не значит, что данный принцип нужно строго применять во всех ситуациях, но и среди сотрудников, не говоря уже о социальных работниках, у некоторых было явное впечатление, что они чрезмерно привязаны к должностям и офисной политике. Проблема в том, что если бы они чуть ослабили хватку, то выглядели бы гораздо лучше.

Бонус: в день увольнения

С приближением даты увольнения я ощущал нарастание сложных, неоднозначных чувств. Это было неожиданно и почти в новинку. Особенно в конце, вопреки ожиданиям, что я наконец-то выскажу всё накопившееся, я с трудом сдерживал нахлынувшие эмоции. Когда я выходил из офиса, напряжение полностью спало, и мне пришлось взять паузу на прогулку, чтобы собраться с мыслями.

В поезде по дороге домой я медленно записал свои ощущения и, обобщив, могу передать их примерно так: опустошение от того, что мои прежние попытки исправить то, что давило, так и не привели к значимому результату; давление структурных ограничений по регламенту службы и особой офисной атмосферы; чувство освобождения и расслабления оттого, что всё это сброшено; трогательное ожидание возвращения к себе прежнему; ощущение судьбы — завершения очередного жизненного этапа; горько-сладкое чувство от исчезновения одного из ключевых слов, определявших меня; неожиданная грусть от того, что это слово действительно исчезает; воспоминания об учебном центре. И ещё много других мелких чувств, замешанных вместе.

И ещё: выходя в последний раз из офиса, я подумал, что обедать теперь станет неинтересно. Самым честным, что я мог принять в офисе, была атмосфера во время еды. Обеденное время было для меня и моих коллег-соцработников возможностью перевести дух, поделиться тревогами или обменяться мыслями, и с окончанием службы закончилось маленькое удовольствие, и мне стало немного жаль — думать о меню обеда и выборе кофе. В университете или на другой работе похожих ситуаций будет много, но ощущение будет уже совсем другим.

Наверное, сам факт, что я испытываю такие чувства по поводу какой-то там системы социальной службы, объясняется привязанностью к жизни.

Архив

background-images Здесь я впервые попробовал работать с двумя мониторами. Решил использовать левый для бесплатных изображений, правый — для своих рисунков, разделив на рабочее и личное.

obsidian-notes-lightobsidian-notes-darkЯ часто пользовался Obsidian в личных целях — при первом ознакомлении с делами, при планировании макросов и в подобных ситуациях.

# Написать программу, принимающую на вход несколько целых чисел одной строкой и выводящую их сумму.
# Нашли быстро вместе с коллегой-соцработником, без AI. Мне нравилась такая мелочь.

print(sum(map(int, input().split())))
  • Что не вошло в основной текст
    • Коллега-соцработник, предупреждавший, что я потом могу возненавидеть людей. Но я не воспринимал ситуацию так.
    • Другой коллега-соцработник, который на сотрудника, твердившего про «социальную жизнь», возражал, что тот просто не работал в хороших местах.
    • Обычные люди, требовавшие подогнать расписание поездов под их время прихода и ухода с работы.
    • Пустые стаканчики от лапши быстрого приготовления, контейнеры из-под доставки, наполовину полные бутылки с напитками для гостей, потерявшие хозяев.
    • Мусорный пакет, готовый лопнуть, с высохшим трупом паука и засохшим кофе.
    • Пыльные столы, звонки телефона каждые 10 минут, ругань, крики, затхлый запах.
    • Дедушки 50–60 лет, предлагавшие рукопожатие немытыми после туалета руками.
    • Резкий запах табака от курильщиков всех мастей.
    • И прочее, и прочее.txt (215 ГБ)

В заключение

alarm-lightalarm-darkБудильник, который я использовал 1 год и 8 месяцев. Дело, которое «нужно было делать пока что», закончилось, и теперь я могу выключить этот будильник навсегда.

Дорога на работу и обратно — час сорок туда и обратно. Помню, где-то на восьмом месяце я отчаянно хотел уволиться. Оглядываясь назад, я испытываю огромное облегчение оттого, что могу наконец уйти. Несмотря на частые неприятные моменты за последние 1 год и 8 месяцев, время не было потрачено впустую, и для меня этого достаточно. Теперь то, что «нужно было делать пока что», закончилось. Настало время делать то, что нужно делать дальше.

(End of file - total 170 lines)